Европе нельзя больше отставать

Автор: | 06.04.2021

SPIEGEL

Аналитик газеты Шпигель Хенрик Мюллер осмысливает проблемы, с которыми сталкивается Евросоюз и пытается прогнозировать будущие угрозы. Он задается вопросом: что может позволить Европе более эффективно отвечать на вызовы времени, как сейчас, так и в будущем? И предлагает свой неожиданный рецепт: централлизация власти в ЕС, внедрение мобилизационных методов управления, значительное урезание полномочий субъектов-членов, упрощение процедур внедрения нелигитимных, с точки зрения демократической законности, мер. Таким образом, по мнению эксперта, действуют Китай и США. И добиваются результатов. Подобный опыт должны учесть и в Европе, считает Мюллер.

Китай лидирует, США следуют его примеру… а Европа еще даже не начала: спад в экономике следует за распространением каронавируса. Несмотря на это Европа вводит очередной локдаун .

Когда главы мирового финансового истеблишмента встретятся в понедельник на весеннем заседании Международного валютного фонда (МВФ) и Всемирного банка, должны будут прозвучать промежуточные оценки ответных мер на кризис. С европейской точки зрения результат, мягко говоря, отрезвляющий. Мы слишком медлительны, слишком неповоротливы, слишком робки. Это относится к борьбе с пандемией, а также к ответу экономических властей на самую глубокую рецессию за многие поколения.

Медленность в принятии и реализации решений имеет важные последствия. В плане здоровья и возможностей нормально жить и развиваться для миллионов людей есть большая разница между тем — проводятся ли вакцинации на несколько месяцев раньше или позже, восстанавливается ли экономика на несколько кварталов раньше или позже, продлится ли домашнее обучение для детей и на сколько, выплачиваются ли субсидии для самозанятых и компаний раньше или позже (и на сколько они велики или малы).

Последствия для восприятия Европы из вне катастррфичны: пандемический паралич Запада отбрасывает нас назад в соревновании между системами. Привлекательность европейской модели общества — этого действительно прекрасного сочетания свободы, безопасности и процветания — сильно пострадало. Утрата «мягкой силы», вероятно, нанесет ЕС ущерб в других областях политики в будущем, от прав человека до политики в области климата.

Китай позиционирует свою систему, как единственно способную наиболее эффективно действовать в кризисных ситуациях для планеты.  США демонстрируют свою бесконеную гибкость А Европа? Анализирует, тянет время и колеблется.

С этой точки зрения текущие экономические показатели являются выражением баланса сил в глобальной системной конкуренции. Китайская экономика вырастет в этом году почти на десять процентов, в США — на семь процентов. Еврозона не осилит даже с пять процентов — хотя спад производства в 2020 году у нас был вдвое сильнее, чем в США, а Китай даже достиг небольшого плюса. (Следите за новыми прогнозами МВФ во вторник и данными по экспорту Германии в пятницу.)

Европа не должна удовлетворяться такими низкими показателями, особенно если мы считаем, что наша социальная модель в корне лучше. Так что не так? Что следует изменить?

В ЧЕМ СИЛЬНА ЕВРОПА

Ковидный кризис повторяет то, что уже наблюдалось во время кризиса евро: ЕС не в состоянии быстро отреагировать на неожиданные события. В результате кризисы в некоторых местах затягиваются и перерастают в хронические недуги. Например, в Италии. Некогда фнансовый кризис перерос в кризис евро. Теперь подобное развитие событий грозит в результате пандемии.

Было бы слишком простым обвинить отдельных политиков. В конечном итоге даже сильные личности могут быть настолько сильными, насколько им позволяют институциональные рамки, в которых они действуют.

Антикризисное управление требует временной централизации государственной власти. В настоящее время это демонстрируют США. При президенте Д. Байдене Вашингтон взял вожжи в свои руки в развертывании программы вакцинации от Ковид. И продемонстрировал ошеломляющие успехи. Даже Трамп смог создать центральную рабочую группу для ускорения разработки и закупки вакцин («Операция Warp Speed») и обеспечить ее большим количеством денег. Вашингтон стабилизирует экономику с помощью гигантских программ централизованных расходов, которые составляют 20 процентов экономики. Возможно, черезчур много. Но по, по крайней мере, это явный признак желания быстро покончить с пандемией и ее последствиями.

В ЕС же государственная власть фрагментирована. Комиссия ЕС, в определенной смысле правительство Европы, не имеет ни конституционных полномочий, ни человеческих и финансовых ресурсов, чтобы быстро отреагировать на кризис. Она может играть важную роль только в основных областях внешней торговли, конкуренции и валюты, которые давно централлизованы. В других областях политики требуются длительные и сложные процессы координации между государствами-членами и европейскими институтами. Это можно увидеть на примере борьбы с пандемией, а также в фонде поддержки экономики в 750 миллиардов евро. Начав с большого энтузиазма и великолепной риторики, Европа запуталась в мелочах и частностях.

Чтобы получить деньги из антикороновирусного Фонда, государства-члены должны иметь утвержденные в Брюсселе подробные программы. Предназначенные для достижения всех возможных политических целей (от защиты климата до цифровизации и многого другое). На это нужно время. Пройдут годы, прежд чем выделенные средства будут освоены. Быстрая реакция на кризис выглядит как то иначе…

УГРОЗЫ ВСЁ БЛИЖЕ И ОЩУТИМЕЕ

В спокойные времена длительный поиск широких компромиссов может иметь преимущества: можно взвесить все аргументы, сбалансировать интересы. Но острые кризисы требуют быстрых действий. Возможность реагировать на такие потрясения оперативно — одна из основных задач государства и ЕС.

В исследовании, проведенном нашим исследовательским центром DoCMA, мы недавно выяснили, что за последние 20 лет мы столкнулись с семью безусловно всеми признаваемыми шоками неопределенности: теракты 11 сентября, война в Ираке, финансовый кризис и кризис евро, референдум по Брексету, избрание в США Трампа и пандемия Ковид. Кажется, что частота, с которой происходят неожиданные события, увеличивается, равно как и шоковый эффект от них.

Можно выделить три типа шоков неопределенности: чисто экономические события, изначально политические события, и те, которые происходят вне экономики и политики. ЕС может справляттся с этим эффективно. Экономическая и политическая неопределенность из-за Брексита и Трампа, привлекли к себе много внимания и горячо обсуждаются, прежде всего, в области, в которой это затрагивает главные интересы ЕС: в торговой политике. Благодаря этому Европа смогла занять сильную консолидированную позицию по отношению к США и Великобритании. Именно по этой причине негативные экономические последствия удалось ослабить. Без этих централизованных полномочий ЕС стал бы легкой жертвой протекционистских атак.

Фото: CESARE ABBATE / EPA

То же самое применимо и к финансовому кризису 2008 года: Европейский центральный банк (ЕЦБ) был готов и смог разрешить напряженность на финансовых рынках вплоть до того, что удалось предотвратить крах финансовой системы. Сработала единая денежно-кредитная и валютная политика. Ситуация изменилась, когда с 2010 года платежеспособность целых стран евро оказалась на грани. Финансовая политика была внутренним делом государств-членов, которые контролируются только Комиссией и Советом.

Вопрос о том, может ли и каким образом еврозона предотвращать банкротство государств, долгое время оставался спорным, особенно в Германии. Результатом стал долгосрочный кредитный кризис в южной части еврозоны: поскольку там банки практически не ссужали деньги, компании не могли финансировать инвестиции. Государства-члены только нерешительно расширили свои институты: создали фонд спасения евро ESM и, наконец, разрешили ЕЦБ скупать облигации в крупных размерах, чтобы улучшить условия финансирования. Лишь недавно, через десять лет после пика кризиса евро, состоялось, наконец, так называемое банковское соглашение, включающее инструменты финансирования для ликвидации слабых банков.

Каким бы мучительно медленным ни был этот процесс, его эффект трудно переоценить: без расширения общих инструментов реагирования на пандемию, ситуация может спровоцировать новый кризис евро. Без опыта кредитного кризиса сейчас не было бы антиковидного фонда. Некоторые из общих инструментов до сих пор имели слабую демократическую легитимацию на уровне сообщества. По этой причине Федеральный конституционный суд недавно приостановил ратификацию Германией решения об антиковидном фонде. Это является проблемой. ЕС пытается компенсировать слабую легитимацию максимально широким консенсусом. Это то, что замедляет Европу.

Пандемия поразила ЕС в ту область политики, в которой отдельные государства-члены управляются самостоятельно. А, соответственно, Комиссия ЕС плохо обеспечена кадрами и финансами. Это сфера здравоохранения.  Тот факт, что президент Урсула фон дер Ляйден, несмотря на это, позволила сама себе закупку вакцины для почти полумиллиарда граждан ЕС, оказался исключилельным фактом.  Будущее предвещает беду.

У НАС ПРОБЛЕМЫ

Когда новые потрясения неопределенности затронут Европу — это лишь вопрос времени. Позвольте мне порассуждать: серия кибератак, парализующих наши информационные сети; сильная засуха летом, могущая вызвать коллапс водоснабжения в некоторых частях континента; согласованная провокация Владимира Путина и Рэджепа Эрдогана, которые бросят вызов устойчивости Европы — сократив поставки российского газа или открыв турецкие границы для беженцев. Всё может случиться…

Основные тенденции цифровизации, изменения климата и конкуренции политических систем можно объединить в тревожную панораму сценариев угроз. ЕС плохо подготовлен к этому. Тот факт, что США остаются не только партнером, но и стратегическим соперником при Байдене, усиливает тревожность.

На весеннем заседании МВФ и Всемирного банка еврозона, вероятно, снова поднимет проблемы. Осенью прошлого года МВФ в своем анализе еврозоны отметил, что ковидный кризис усилил старые проблемы и создал новые . Затем был приведен список различных трудностей, которые долгое время преследовали Европу, в том числе слабый рост производительности, медленная цифровизация, старение общества, усиление неравенства. Вдобавок сейчас есть другие проблемы. Не в последнюю очередь это — постоянно растущий долг. «Совершенно необходимо, — указывал МВФ, — решить все эти проблемы», чтобы можно было восстановить экономику и залечить «шрамы» кризиса. Посмотрим, какой будет приговор на этот раз.

Spiegel: Источник

Европе нельзя больше отставать: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *